Охота в Узбекистане как проявление гостеприимства

На востоке одно время райской птицей называли алмазного фазана (Chrysolophus amherstiae), а имя на латыни он получил в честь леди Амхерст, которая впервые привезла его в Европу. С давних пор эта прижившаяся в Средней Азии птица считается особо ценным трофеем, и добыть ее не легче, чем переплыть Сырдарью, у притоков которой этот редкий фазан кормится. Сегодня есть только один надежный способ познакомиться с крестниками леди Амхерст. Его знает, наверное, самый гостеприимный и щедрый человек в мире, председатель Ассоциации спортивной борьбы Узбекистана Салим Абдувалиев.
Своего первого фазана он подстрелил раньше, чем пошел в школу. На той первой охоте отец дал ему выстрелить из своего ружья всего один раз. Сказал: "Промажешь, следующий выстрел будет только через год". Тяжелая тульская однозарядка уже оттянула все руки, когда огромный нагулявший жир петух свечкой взмыл из-под собаки. Казалось, что ружье еще не успело грохнуть ба-бах, а фазан, как будто сраженный мыслью, уже шмякнулся на землю. Вечером на сваренный из него суп пришли все соседи. Киргизбай рассказывал, как его сын добыл фазана. Все восхищались меткостью и удачей маленького стрелка. Но тот день запомнился Салиму не охотничьим трофеем, а мудрыми словами отца, сказавшего, что самое дорогое в доме – гость, с которым можно разделить свою радость.
С годами Салим-бай приумножил мудрость своего великого отца. Он не делит, а дарит всю свою радость гостю. Виртуозность его гостеприимства лучше всего проявляется во время охоты на фазана. Еще ни разу не было, чтобы гость Салим-бая вернулся на бивуак без висящей на тороках птицы.
Обычно охота строится из двух частей: прелюдии – стрельбы уток по заре из шалаша на манок, и основной части – дневного похода за фазаном.
Классическим видом охоты на фазанов считается охота с собаками. Предпочтение тут отдается жесткошерстным песикам, которые более надежно защищены от колючей растительности. Основных требований к ним два. Собака должна быть небольшой, иначе она рискует навеки застрять в зарослях колючей растительности, которые иной раз бывают недоступны для крупных собак вовсе. И хвост у нее должен быть обрезан на ширину кулака, иначе она в два счета спустит с него шкуру о жесткий тростник. Фиксированная длина обрубка выверена вековой практикой и никак не связана с желанием сохранить хвост хотя бы символически. В критической ситуации он служит той самой "последней соломинкой", за которую можно схватиться и вытащить застрявшего в болоте или арыке пса.
Построение охоты, которую Салим-бай организовывает для гостей, по сложности может соперничать с симфониями Шостаковича. Гость должен успеть насладиться узбекской природой, но так, чтобы его не успела закусать назойливая мошка. Вдоволь набродиться по камышовым просекам и нагулять зверский аппетит, но не упасть от усталости, а только почувствовать благодарность ноющих мышц. Главное же, поднятый загонщиками и собаками фазан обязан вылететь точно на мушку гостя. В этом и проявляется виртуозность гостеприимства. Гость должен почувствовать себя минимум Вильгельмом Теллем. Тут уж Салим-бай дирижирует лично. Короткие, точные команды: "Саид, встань там! Дима, иди на другую сторону" – выполняются быстро и четко. Гости стоят, напряженно вслушиваются в шуршание собак в камышах и крики загонщиков. Салим-бай улыбается, щурится на друзей. Курит. Ждет.
Фазаны очень осторожные птицы, но обладают характером выдержанным, нордическим. Ни собаки, ни люди их особенно не волнуют. Они будут затаиваться, сидеть в камышах до последней секунды. На крыло поднимаются, только если подойти к ним вплотную.
– Вон-вон оттуда сейчас вылетит, – кивает в сторону засохшей фисташки.
Фыр-р-р – тут же взвивается из указанного места фазан.
Один выстрел, другой, третий… Гости мажут. Последним стреляет Салим-бай.
– О! Владислав – мужчина! Это ты попал или Джамшут? – интересуется он у оглушенных стрельбой друзей. Для новичков Салим-бай делает поблажку. Выдает из своего охотничьего арсенала многозарядные полуавтоматические ружья. Сам ходит на фазана только с двустволкой. Того же требует от опытных стрелков. У птицы должна быть возможность уйти. Но такой шанс выпадает фазану редко. Салим-бай никогда не закончит охоту, если гости не могут похвастаться шикарными трофеями.
К сожалению, не всех убитых птиц удается получить. Убитый фазан часто падает в такие заросли, что найти его даже днем и с собакой исключительно трудно. А подранка, особенно если у него целы ноги, поймать вообще невозможно. Едва коснувшись земли, они моментально убегают в непроходимый буерак. К выстрелу фазан довольно крепок, и поэтому в любой охоте количество подранков бывает весьма значительное.
Однако о них не переживают. Шикарных трофеев, переливающихся в свете заката золотым, синим, зеленым, красным опереньем всегда бывает достаточно. Счастливые гости гордо выкладывают своих фазанов на обозрение. Салим восхищается меткостью и удачливостью великих охотников. Пересчитывает фазанов, удивленно качает головой и громко интересуется у егеря, помнит ли тот такую же удачную, как сегодня, охоту. Егерь пытается, но не вспоминает.
– Да в прошлый раз Салим-ака один столько настрелял, – перешептываются недоумевающие загонщики, но проворный вечерний ветерок уносит их слова мимо счастливых гостей и рассыпает над водами Сырдарьи. Пусть она хранит тайны восточного гостеприимства.
Пока все участники охоты на память фотографируются на фоне разложенных трофеев, повара уже готовят из свежей дичи шурпу. Аромат наваристого супа, для которого выбирают самого жирного фазана, смешивается с запахом степных трав и приятно щекочет ноздри. Только сейчас охотники вспоминают, что с раннего утра ничего не ели. Все мигом рассаживаются за богато накрытые столы. Традиционная баранина и дичь, приготовленные тут же на огне, как всегда, оказываются выше всяких мишленовских звезд. Еще не остывшие после дневных приключений гости пересказывают оставшиеся в памяти на всю жизнь эпизоды охоты. Смеются. И не замечают наступления вечера. Темнота уже накрыла бивуак. Пора по машинам, домой. В багажнике каждого джипа уже лежат коробки с трофеями. Салим-бай всегда делит добычу поровну между всеми участниками охоты. Так справедливо. И именно поэтому к нему приезжают гости, а уезжают уже родные люди.